ГЛАВА 1

Марсель

 

Не думал, что она так скоро приедет, ведь обычно матери сто раз подумают, прежде чем явиться сюда. Провожаю свою коллегу, как она подрывается с кресла.

— Вы Марсель Казановский? – её хриплый прокуренный голос раздражал, ну что же состоится довольно интересная беседа.

— Так и есть,  не ожидал вас так скоро увидеть. Как я понимаю, вы приехали с дочерью. Прошу в мой кабинет.

 

Поднимаемся с ней на второй этаж, она всё не спускает взгляда с декора, еще бы наш дом принадлежал знаменитой династии. И после смерти отца всё управление перешла нам с братом, я довольно быстро повзрослел и вошел в этот бизнес.

— Надеюсь, Марта вас предложила кофе?

— Разумеется. Я бы не хотела откладывать наш разговор. Может, приступим к делу? — отодвигает стул и садится за стол, а я лишь снимаю свой пиджак, я всегда уважал официальный стиль,  и в моем гардеробе  присутствовало больше классики, хотя двадцатилетнему парню всегда приятно было повозиться в джинсах, и кожаной куртке.

— Так не терпится поскорее избиваться от дочери? – подколол её своим комментарием.- Может, всё-таки передумаете. А для вас я расскажу еще раз подробно про нашу корпорацию Проданных душ. Вы отказываетесь от своего ребенка, подписываете документ на лишение родительских прав. И с этих пор она вам больше не принадлежит. Иначе говоря, продаете её нам,  отдаете её душу, и за это на ваш счет переводится десять миллионов рублей.

— Конечно, так и есть, я изучала тщательно информацию, перед тем как  обратится сюда, — нервно теребит она свою сумочку, а я уже презирал её за то, что она так легко хочется проститься со своей дочерью.

— Как её зовут?

— Анжелина, не смотрите так, вы можете подобрать ей любое имя. Мне оно всегда не нравилось. И про возраст я вашей помощнице уже сказала. Ей семь, она родилась летом, помню, была такая ужасная жара, все пошли на речку, а у меня воды отошли. Мучилась целые сутки, лучше бы она умерла, — говорила с такой злостью, а я раскрыл папку, и стал вчитываться в резюме, где был указан вес, и все данные о младенце. Там было много справок, и как оказалось, она нечем серьезным не болела.

— И даже ветрянкой?

— Так я её в сад не водила, она у меня дома сидела! – гордо ответила мать, строит из себя порядочного родителя.

— Значит, вы с ней занимались? Читали? Писали? Рассказывали стишки? – закипел от гнева, не хочется брать недоразвитую девочку, с этим могут быть проблемы, нам требуются не только  умные, но и безумно красивые, которые впоследствии вырастают, и работают на нашу корпорацию.

— Конечно, за кого вы меня держите?

— За мать, которая хочет продать своего ребенка. Давайте называть всё своими именами. Главный вопрос, у нее есть братья и сестры? – налил себе в бокал виски, не люблю такие моменты, когда приводят новеньких.

— Нет, она одна. Вы издеваетесь? Я её раздумывала рожать или нет. Муж заставил, конечно, походил бы сам девять месяцев с ужасной тошнотой, скотина такая! А я из-за него бросила модельный бизнес, мне такие мужики делали предложение, один из них хотел купить дом в Испании. А  я по пьяни переспала с этим уродом, и залетела, а он оказался бедным музыкантом. Ну, повелась! И что в итоге? Он умер, а я с ней на руках осталась, и теперь каждый день по помойкам  лазием.

— А вы не пробовали устроиться на работу? Вы же мама, а это ваше чадо, — проверял  её сейчас, мне нужно было знать, что не всё потеряно.

— Хм, если вы откажитесь, простите, то тогда я её просто завезу в лес и оставлю. Но кормить лишний рот больше не собираюсь, — своим ответом она показала, что на девочку ей действительно наплевать.   Оставались другие формальности,  хочу уже открыть другую папку, как оттуда выпадает фотография, передо мной силуэт малышки с косичками. Она будто не хочет смотреть в камеру, а дальше я увидел её зеленые глаза, в них читалась грусть, ещё бы с такой мамашей.  Мне стало так холодно за этого ребенка, она была сиротой при живых родителях.

— А бабушка с дедушкой?

— Я сама из детдома, отвечу сразу, у нас нет никаких родственников, смотрите уже эту чертовку, она в коридоре, играет с куклой. Выкидывала её на улицу, а она всё равно тащит в дом.

 

Снова вглядываюсь в фото, а потом набираю Марте, сейчас мы подпишем договор.

— Подготовь все нужные документы, сделка одобрена, — сказал, как отрезал, а эта женщина захлопала в ладоши.

— Так вы дадите десять миллионов? Ну наконец-то заживу, как следует.

 

Дверь открывается, Марта приносит бумаги, а мамаша прочитала строчки так быстро, да ей плевать, что в пунктах договора, был полный отказ от ребенка, и она может потом обращаться к юристам, адвокатам, всё равно ничего не добьется, ей-богу в таких родителей надо стрелять. Отдает бумагу с подписью, а я в душе её осудил,  но такие родители звери, и в нашем так называемом тюремном городе именно дети, которые никому не нужны.

— Поздравляю Юлия Осиповна,  деньги поступят на ваш счет в течение дня.  А теперь водитель вас отвезёт домой, и вы больше никогда и ни при каких условиях здесь не появитесь, а не то, сами знаете, что будет потом… – достаю пистолет, пришлось немного припугнуть.

— Что вы?! Сдалась мне эта девчонка.

— Проведи её через задний  вход, чтобы она не попадалась на глаза ребенку, — боялся этой встречи, ведь детишки не знают, для чего их сюда привозят. Снова достаю снимок пора познакомиться с этой девочкой и рассказать, что теперь её душа полностью принадлежит нам. С виду была похожа на котенка, такого серого с большими зелеными глазами, никогда прежде, таких не видел.

Появляюсь в гостиной, и вижу, как она подходит к картине, и что-то шепчет кукле.

— Криспи, этот весенний сад,  видишь бабочки на цветах. Я очень люблю тепло и весну.

Подкрадываюсь к ней и пугаю.

— Ты кто?- хлопает она своими ресницами, а я наклоняюсь к ней и щелкаю по носу.

— Я- Марсель, а ты?

— Анжелина-а- произносит так, будто перед ней большой серый волк,  чувствую страх.

— Почему ты трясешься? Тебе страшно? – провожу пальцем по её щеке, никогда не видел такого забитого ребенка…

— Вы дьявол, да?

— Нет, кто тебе сказал… Смотри какой дом я построил, ту живут одни принцессы, — не могу оторвать взгляда, от её лица.

— А зачем он такой большой?  Тут живут все принцессы на свете?

— Да, и теперь ты тоже. Пошли я покажу тебе комнату, там большая кроватка с такими белыми вуалями, —  улыбаюсь, привычный момент втереться в доверие малышке.

— Нет, я хочу к маме. Где мамочка???- вот этого вопроса я боялся больше всего, как же мне объяснить, что она её бросила навсегда.

— Анжелина, она уехала…

— А почему меня с собой не забрала? Я что плохо себя вела? — заплакала, а моё сердце будто пронзил нож, так и знал, что с этой девочкой будут большие проблемы.

— Нет, просто ей срочно нужно на работу. И очень скоро она вернется, но ты должна пообещать, что будешь слушаться. А это кто тут у нас, — взял в руки её игрушку, а она прошептала:

— Это Криспи… Она вас боится.

— А почему на вы? – коснулся её носика, уже позабыл все дела, с этой малышкой.

— Потому что у вас глаза, как у дьявола, вы же не едите маленьких детей?

— Нет, я их щекочу, — беру её на руки, и она, кажется, доверилась. Завожу её в спальню, здесь всё, как в сказке.

— Ух, ты! Это моя кроватка? А мама когда меня заберет?- садится в кресло, и поправляет свою косички, а я лишь прошептал

— Скоро котёнок! Очень скоро – наврал, а потом запер её дверь на ключ…