ГЛАВА 20

Марсель

Сидим в шикарном кабаре Мулен Руж, все на нервах. После грандиозного выступления наших девочек, им предстоит преодолеть одно важное испытание пройтись по стёклам, уже весь измотался, только бы не провалиться. 

— Здесь свободно? 

— Что больше мест свободных нет? — отругал Шона, порой он начинает раздражать, а я всё смотрю на неё, утром специально отказалась от завтрака, если она не сможет по ним пройтись, корпорация сразу же её отстранит и пристрелит, и даже я не смогу вмешаться. 

— Марсух, почему ты ее обманул? Знаешь, как она рыдала? 

— А откуда ты знаешь, может я с ней хорошенько покувыркался, я же бесчувственная тварь, на мне клейма негде ставить. Знаешь, сколько я поубивал людей, — сердце переживает за эту засранку, никогда прежде так не волновался. 

— Ты ненавидишь этот мир, и ты сущий дьявол, но так вышло, что есть одна девушка, которая заставляет тебя чувствовать. Скажи, разве бы ты мог причинить боль той, которую любишь? 

— Свали Шон, пусть лучше меня ненавидит, потому что если она ко мне привяжется, то потом будет плакать. А так хоть будет считать сволочью. Ты понимаешь, что её никто не сможет спасти, кроме меня, ни Стен, ни эти липовые матери, она пленница.- чуть не заплакал,ведь прошлой ночью, когда она упала в обморок, я не стал ее трогать, а просто уложил к себе в кровать, где до рассвета вдыхал аромат ее волос, и напевал ту самую колыбельную из ее детства. 

— Она любит тебя, и не сможет без тебя Марсель.. 

— Хватит ныть, тряпка!  А ты на что? Успокоишь её! Всё иди отсюда, а то приехало главное начальство. Сейчас выход Криспи! — произнес ее имя, и у меня вспотели ладони. Сейчас её черёд проходить босиком по стеклам. Раздается музыка, с каждым шагом, я чувствую ее боль, хочется поцеловать ее ступни, она словно моя родная кровинка. И когда она блестяще прошла испытание, ее глаза встретились со мной, а потом она делает следующее… Нет она что сошла с ума? Берет осколок в рот и проглатывает , а другим перерезает себе вены. 

— Прощай, Марсель,- произносит так тихо, и падает на пол. 

— Криспи! Нет!

Прервалась музыка, ещё бы представление не для слабонервных, плевал на то, что потом мне устроят разгон важнее спасти эту дурнушку! Подбежал к ней и взял на руки, Шон не стоял на месте и присоединился ко мне.

— Карамелька, что ты натворила? Малышка! — волнуется за нее, а я рявкнул на него так, нет сейчас времени плакать.

— Дурак, живо подгоняй машину! Если она умрет, то я вас всех тут раздавлю! — дал волю эмоциям, и в этот момент передо мной возросла одна тень, короля проданных душ, а именно Вафира, ему принадлежали 150 корпораций по всему миру, тот ещё гнилой чмырдяй. Именно он и придумал делать чистку после особо важных заданий, и то кладбище Мортэ, его рук дело. В каждом регионе есть такое ужасное место, где совершается этот самосуд, ведь души проданы, значит с ними можно делать всё, что хочешь.

— Не спеши, Марсель. Она всего лишь пленная, а за этот протест, который она устроила на сцене ей полагается смерть! Не надо её везти в больницу, лучше сразу на Мортэ! — ледяной голос Вафира был такой, словно у хищника, который сравнивал всех этих тюремщиц с добычей, но он не понимает, что для меня значит Криспи.

— Послушай сюда в своей корпорации главный я! Кто сказал что это было самоубийство? Девочка просто разнервничалась! — заступился за свою мерзавку, хотя по сути он был прав, по законам пленница не имеет права, сама без согласия своего предводителя распоряжаться своей жизнью. В то время все девушки всполошились, они испугались за свою шкуру, а Шон умный засранец, вышел с Анжелиной через черный выход, так мы и послушались каких-то чертей.

— Ты слишком много на себя берешь, Марсель! Не стоит забывать, что начальство это святое дело!

— Зато я никому не посмею решать судьбу ребенка, которого вырастил и пока она не выполнит финальные задание, ее и пальцем не тронут. Тебе сначала придётся оторвать башку мне, а потом приблизится к ней! — схватил его за грудки, я имел на это право, ведь за свои долгие годы службы, я был послушным дьяволом, который мало того отбирал отменных красавиц, так ещё делал из них самых настоящих умных специалистов в своей сфере. И наши показатели были самыми высокими, и  Вафир не раз высказывался, что я лучший в своём деле.

— Она должна сыграть роль Мадлен…- обратился к нему его заместитель, а тот буквально поменялся в лице.

— Пойти к Стену? Марсель, да ты мазохист? Он всё соревнуется с нами, но он забывает, что с таким владыкой, как я, никто не справится.- засмеялся, и тут мне захотелось окунуть его в дерьме.

— Смотри, как бы твой сынок Карлос тебя не уложил, или ты всячески пытается ему рассказать,что папочка такой светлый?!

— Не трогай моего сына, он как раз отпраздновал свой 18-летний день Рождения и в своё время возглавит мой пост! — буквально прошипел от злости, только я ему напомнил про главную деталь, а то он постоянно про это забывает.

— Если Карлос узнает, что его папаша настоящая машина для убийств, он от тебя откажется, и я бы хотел лицезреть, как он плюнет на твою могилу! — пришел я в самый настоящий гнев, а сердце дико волновалось за Криспи, только бы Шон успел ее спасти, черт возьми стоит провести с ней беседу, после которой она потом долго не сможет сесть на свою задницу.

— Лучше не зли меня Марсель, а то от твоей корпорации останется лишь пепел. Увидимся в моем кабинете, где ты привезешь папку с отчетами! Обожаю такие моменты, когда всем выпускницам надевают на головы черные пакеты, а потом убивают, как крыс! — рассмеялся, и мне стало жутко, ведь так происходило из года в год. Хорошо, что Итан догадался увести девушек, они ведь не должны узнать, что через некоторое время их всех уничтожат. Они ведь строили планы, что освободятся из этой клетки, и найдут счастье в этой жизни, но увы этого не случиться, их тела будут гнить в сырой земле, а потом их слопают черви. От всего этого  меня колотит насколько, что хочется пустить себе пулю в весок, а кто виноват что я вступил в это братство дьяволов? Конечно, мать его, Стен. Если бы этот гад не предложил отцу тогда  легких денег, не было бы этого ада, в котором сейчас мне приходится ковыряться.

Позвонил Шону и выяснил, что состояние Криспи стабильное, он успел, за это я буду ему благодарен по гроб жизни.

— А стекло? Она ведь не успела его проглотить? — закурил прямо в машине свою сигару, не могу никак привыкнуть к Парижскому движению.

— Врач обнаружил его во рту, осколок не успел пройти по пищеводу, там немного поцарапано горло, но он обещал, что благодаря дорогим препаратам, она будет в норме, — отчитывался Шон, он также как и я переживал за нашего обиженного котёнка.

— А вены? Черт, вот что она вытворяет? Я чуть богу душу не отдал! — вовремя остановился на перекрёстке, тут они на каждом шагу, а еще эти визги полицейских машин доводят до белого каления.

— Марсух, всё в порядке, ты лучше скажи ремень взял, чтобы ее конкретно отхлестать? Мы, как два дурака дышим ей, а она совсем с головой не дружит, засранка! — поднял настроение братишка, сегодня он поднялся в моих глазах, а именно в самый нужный момент он сможет ее защитить. Прохожу регистратуру, здесь в больнице меня очень хорошо все знали, ведь эта частная клиника принадлежала Хавьеру, однокласснику отца, медсестра помогла мне найти адрес палаты и как только я там появился, едва сдержал свои слезы, Анжелина с двумя перебинтованными запястьями разговаривала с Шоном и как только заметила меня, отвернула свое лицо.

— Шон, выйди в коридор я должен провести беседу с очень непослушным ребенком! — дал ему понять, что сейчас состоится серьезный разбор полетов, и он согласился. Присаживаюсь на стул, и слышу её нервное дыхание, сразу видно обижается.

— Зачем ты приехал? — выдавила из себя так, словно совсем не рада меня видеть.

— Наказать одну девушку, которая украла мое сердце.

— Марсель, хватит. Я не верю не единому твоему слову! — хотела вскочить с койки, но я насильно ее уложил, и мои глаза уставились на её совершенные черты лица.

— Я приехал поговорить с тобой и приоткрыть весь занавес лжи. Так будет лучше…Ты очень расстроила меня Криспи, так легко согласилась проститься со своей жизнью. Я главное борюсь за неё как дурак, а она стекла глотает! Да ты понимаешь, что случится со мной, если тебя не станет в этом мире! — не сдержался и схватил ее за волосы, я на всё готов ради её спасения. И это чертов соблазн постоянно целовать ее ванильные губы, их аромат я ни с кем не перепутаю.

— Лжешь ты всё, я твоя игрушка!

— Хороша игрушка, которую я лю..- прервался, не могу переступить через себя, это слово слишком много для меня значит.

— Чтобы ты не сказал, я не верю, ведь ты хладнокровно воспользовался мной и жадно поимел, даже не дождавшись моего совершеннолетия! Это говорит о том..- хотела меня обвинить, но тут я ошарашил ее своими словами.

— Я бы никогда в жизни не изнасиловал девушку, которую люблю! Ясно тебе? Пусть я чудовище, так оно и есть на самом деле, но я люблю тебя Анжелина, правда пока не понял какой любовью! Но вывод один: ты мне дорога! И драть тебя, как шлюху, я бы никогда  не стал, потому что в этом теле есть еще сердце, и я стал таким дьяволом не по своей воле! А чтобы спасти отца. Мне самому страшно сколько крови на этих руках, и с каждой убитой душой, я чувствую себя куском дерьма, но таков мой мир и я увы, не могу его изменить. Но я бы и подумать не мог, что в этом аду, случайно заблудится ангел, которые вот так легко похитит мое сердце.- прослезился, когда она рядом нет дальше смысла надевать какие-то маски, она стала моим смыслом жизни, и боюсь теперь я слишком сильно зависим ей, меня подсадили, как на наркотик.

— О боже! Это значит, что между нами не было того секса? Но ты ведь был со мной голым в ванной!- не могла прийти в себя после моего признания.

— И что? А потом уложил в постель и прочитал сказку! Криспи, я не стал тебя насиловать…

— Хорошо, пусть то, что ты сказал это правда. Не спорю,  поступил благородно. Но, а как же тройничок? Если бы я была тебе так дорога, разве ты бы стал делить меня с Шоном?- требовала она объяснений, но не могу же ей сейчас сказать, что он после моей смерти заменит своего старшего братишку.

— Он любит тебя и никогда бы не решился на секс втроем, да и я бы не позволил.Считай, что это был розыгрыш, сама вспомни, кроме поцелуев, он и пальцем к тебе не прикасался! — любуюсь ее глазами, одолевает страшный соблазн ее поцеловать, вот такие чувства она во мне вызывает, перевернула мой привычный мир вверх дном.

— А как же та девушка, которую ты целовал? Невозможно любить обеих! Скажи, если я так сильно важна тебе и ты бредишь мной, то кто она в твоей жизни? Довольно Марсель, пора открыть все карты, — настаивала она на своей позиции, а я потом произнес то, от чего она вся побледнела, еще бы сам в шоке.

— Патриция,