ГЛАВА 26

Себастьян

Интересно, если их не потревожить, отлипнут друг от друга.

— Браво! Может трахнешь её у меня на глазах. Добрый посланник. Раус, сожри эту падлу до косточек! — обратился к волку, которого приручил пять лет назад. Обычно, такие животные редко поддаются дрессировке, но мы с малышом подружились сразу, когда я вытащил пулю из его брюха, и всё это время пока он истекал кровью, обещал, что не брошу.

— Нет, Себастьян! Ты не посмеешь! — решила защитить своего любовника.

— Вонючим одноразовым прокладкам слова не давали! Скройся с глаз, солнышко и не мешай волку трапезничать. У него уже живот урчит от голода! — сдерживаюсь до последнего, чтобы не вцепится в её локоны и не выдрать все пакли. В последнее время стала слишком много на себя брать.

— Негодяй, кто дал право её оскорблять? Она живая девушка, а не игрушка для твоих развлечений!

— Ярик, ты бы дрочил почаще! А то злой, как падла. Напомнить, как мы топили твою рожу в сортире. Вкусные голяшки? Ты же в интернате выбрасывал грязную туалетную бумагу, а один раз даже не сдержался и сожрал. Как говорится, бон аппети! Раус, начинай! Советую укусить за член, всё равно бесполезная свистулька.

— Прекрати! Хватит вести себя, как эгоист.

— Солнышко, не играй на минном поле. Завалила свою вонючую пасть. С тобой кашолка потом разберусь! — старался не смотреть в глаза этой предательницы. Не ожидал, что она окажется настолько ветреной девушкой. А ведь Аким в своё время глаголил истину, она ещё попьет мою кровь.

— Убери, животное. Я предлагаю турнир.

— Да ладно! Сморчок  бросает вызов. Но если обосрёшься, окуну лицо в серную кислоту. Жаль волка оставлю без жратвы, но ничего поймаю всех остальных гопников добродушек и брошу под поезд, а там мяса завались для бездомных, — открыл я сарай и достал оттуда шахматы.

Александра

Нет, они серьёзно собрались играть? Что угодно ожидала, но только не это. А ещё как выяснилось эти двое выросли в одном приюте.

— Я буду белыми, — недовольно произнес Ярослав.

— Разумеется, лохобоище! Меня от этого цвета тошнит. Обожаю устраивать чернуху! Твой ход, посланник. Учти, если продуешь то всю следующую неделю мои люди будут устраивать ужасы в городе. Начнём с насилия выпускниц. Бедные девочки отправились в клуб, и случайно стали жертвами жестокой оргии. А разве после такого смогут жить? Это такой удар! Сами сбросятся с высокоэтажного дома! — рассмеялся Себастьян, а я побледнела от страха.

— Подонок, ты не посмеешь так поступить.

— Мочалка с блохастой шевелюрой рот заклей скотчем и не вмешивайся в дела великих! Что зассал? Куда испарилось мастерство гроссмейстера? — не отвлекался Добров от игры, и тут моему терпению пришёл конец. А ведь завёлся просто так. Даже не стал разбираться в ситуации.

— Да пошёл ты урод! Счастливо оставаться, со своим высокомерием! — прямой наводкой направилась к воротам, а этот гад не отвлекаясь от шахматного поединка, вымолвил.

— Раус, догнать добычу и сторожить!

Животное стало странно меня обнюхивать, словно собиралось слопать с потрохами.

— Сам ты жалкий кусок мяса. Хотя нет ревнивое дерьмо. Только попробуй выиграть! — присела на скамейку, и надула губы, а волк лизнул мою ногу. На самом деле он очень ласковый зверь, но Себастьян делает из него чудовище.

— Ну что просрал? А нечего было пантоваться. Мозгов в черепушке так и не прибавилось. Ай-яй-яй! Это что такое делается? Посланник добра облажался. Теперь все люди подохнут от чумы. Выметайся отсюда. Радуйся, что у меня сегодня днюха и я не стану убивать лучшего друга, который самый настоящий предатель.

— Когда-нибудь поплатишься за всё зло. Ублюдок, — перевернул Ярослав шахматную доску и умчался прочь.

— Чего встала? Беги, останавливай своего хахаля. Ну как хорошо он слюнявится? Шалава, как можно было влюбиться без памяти в такую дешевку.

— Скотина! Обвиняешь в грехах, которые не совершала. Он поцеловал меня в щеку. И ты прекрасно это видел, но решил специально устроить концерт.

— Я не хочу, чтобы к моей девушке даже приближались на шаг. Догнала? Чтобы этот упырь даже глазел на тебя!

— А не жирно ли? То есть нашему бесстрашному Себастьяну можно трахаться с Ольховской сколько влезет! А мне молчать в тряпочку?

— Да, быдлятина! Потому что я чёрный ангел и твоя участь просто меня развлекать.

— Постой, ты сказал, что перестанешь убивать людей.

— Слишком много чести меняться ради шлюхи с большим ртом.
Теперь появился больший азарт смотреть на их окровавленные тела.

— Презираю! Между нами всё конечно!

— Серьёзно, а как будто, что-то начиналось? Мы же верим каждому столбу, и сосёмся с ним. Я уверен, что ты раздвинула ноги перед Нилом. В любом случае дурак Себастьян простит. Он же тряпка об которую можно вытирать ноги. Но вот только, когда одна белобрысая мразь чуть не умерла на операционном столе, он стал донором! — опустил ниже плинтуса, и я не сдержалась и влепила ему пощёчину.

— Козёл с большой короной на голове.

— Малолетка с примитивным мышлением. Пустая блондинка. Твоя участь лишь заглатывать член! Куда намылилась? Стоять, сказал! — кричал мне вслед, но я не обернулась, странно даже животное не стало вмешиваться. Проблема в том, что этот злодей никогда не изменится, значит нам больше не по пути.

Себастьян

Обиделась понимаешь ли, а нечего показывать характер. Я всегда прав. Сорвался с цепи и захотел вдоволь нажраться. Хватит играть с моими чувствами. Сначала дедушка, теперь быдла, которая сосалась с моим лучшим другом. Напомните мне момент, когда я превратился в лошару? Ещё не терпится взорвать говнососов, посланников добра. Мелькают словно дерьмо, надо змею Сюзи на них натравить, чтобы знали своё место.

— Какие люди и без охраны!

— Егор, отвянь, пока не заставил жрать стекла от бутылок, тогда твоему желудку хана. А похороны тебе быстро организую, даже веночек прикуплю. Виски двойной!

— Так Добров не в настроении. Ангелочек по имени Саша снова парит мозги?

— Не вспоминай про шавку. Вот почему не могу её ударить как раньше? Стоит лишь посмотреть в голубые глаза, теряю рассудок. Я не понял, парашник вискаря плеснул, а не то заставлю того парня трахнуть в зад. Бармен чмырдяй!

— Исполняй, если жизнь дорога! — велел ему друг, ведь знает, что со мной шутки плохи. — На твоём бы месте наказал бы зайку, чтобы в следующий раз не крутила задницей.

— Что имеешь ввиду?

— Трахни Морозову, чтобы неделю от секса отходила.

— Я люблю её. Не хочу быть последней сволочью, — грустно посмотрел в бокал.

— Ну продолжай рога носить. В то время, как она танцует с Ярославом.

— Где?

— На танцполе. Сейчас ей под юбку залезет! — указал на сладкую парочку, и я разозлился.

— Приготовь комнату отдыха, сегодня она пожалеет, что на свет родилась! Задушу быдлу.

— Кен и Барби. Давайте я вам подарю кукольный домик, чтобы было где сношаться?

— Свалил пока рожу не начистил, — вспыхнул от злости этот гад. Он всячески пытается увести мою девочку.

— Ты мне? Как интересно. А давай на бабу поспорим? Если выиграешь в бильярд, то разрешу Сашку отшпилить. Идёт?

— Базара нет!

— Ребят, добрый посланник согласился сыграть одну партию. Такой момент надо запомнить.

— А если проиграю!

— Тогда эту пластмассовую игрушку изнасилую я. Правда сначала пасть разорву да так, что ни один хирург не зашьет, — кинул в её сторону пренебрежительный взгляд, пусть знает свое место.

Александра

— Я не вещь! Перестаньте.

— Прости, Саш. Таковы правила,-грустно проронил Ярослав, им бы лишний раз устраивать петушиные бои.

— За кого болеешь? — услышала позади себя голос незнакомого парня.

— Отвяжись. Не собираюсь спать ни с одним ни с другим.

— Жаль, на твоём бы месте паниковал, ведь Добров уже забил три шара подряд. Ой не поздоровится твоей кисуле. Раздраконит так, что на стенку полезешь от боли, — нагнетал ужас и так вышло, что хищный монстр выиграл.

— Ну что посланник добра, отчаливай или можешь посмотреть как я буду наказывать падаль! Раздевайся, солнышко!

— Трахай свою Арину!

— Я не понял, мымра с надутыми сиськами? Тебе, что старшие сказали? Раком встала!

— Нет! — отхожу от него назад.

— Чего когти выпускаешь? Всё равно мне достанешься. Но спешу напомнить меняться не собираюсь, ведь на свете нет вашего добра. Есть лишь секс -расстегивает чёрную рубашку. — Деньги и Разврат. И таких шлюх лишь трахают до посинения, а потом выбрасывают в мусорное ведро. Думаешь, особенная! Ты просто дырка и жалкая насадка для члена!

— Тварь! Ненавижу!

— А я люблю, зайка. Запереть дверь и приготовить камеры. Запишем эту оргию на камеру, а потом будем пересматривать дружной компанией.

— Не подходите ко мне! Ярослав! Помоги.

— Извини, Саша, — скрылся из вида.

— Дермовой принц! Не поможет нашей бедной пташке! Она запомнит надолго эту сладкую ночь. Хаха! Включите тяжёлый рок, я буду драть эту стерву под мотивы моей любимой мелодии!

Оголил свой идеальный торс и уже собрался меня схватить, я взяла со стойки бутылку и разбила.

— Выпустите меня! Или клянусь порежу себя.

— Ты повторяешься, Морозова. На этот раз не стану отговаривать. Давай проведи острием по горлышку. Спорим слабо? — он совсем обезумел и показал другое лицо жестокого хищника, который не знает сострадания. Как можно было в него влюбиться. Бросаю Осколки на пол и мчусь в подвал, но его свита побежала за мной и за волосы притащили к хозяину. — Сорвите это дешёвое тряпье и сожгите.

Монстры с вожделением в глазах избавились от одежды, облизывая свои губы.

— Умоляю, давай это сделаем наедине.

— Поздно тварь, на сукно её!

Он пристроился сзади и…