Мика

Замучились стучаться в дверь, дайте хоть немного поваляться в кровати. Вчера до самого утра торчала в баре. Так возьму на туалетном столике беруши, и провалюсь в сон. Только собралась натянуть одеяло повыше, на дисплее появилось знакомое имя, неужели кто-то пожаловался.

-Люб, не говори, что случился форс — мажор! Сразу говорю моя задница не собирается подрываться в девять часов. И пусть ты скажешь, что я ленивая, но чертовски хочу отдохнуть, — бубнила сонным голосом в трубку.

—  Ты залила соседей снизу. Забыла закрутить кран? Соседка с дерьмом сожрёт! — навела страх, и лежать в постели, сразу отбило желание. Вскочила, как ошпаренная, и с ужасом вспоминаю, про душ, который хотела принять. Ступаю ногами на мокрый пол, и чуть не поскальзываюсь. Обалдеть тут самый настоящий потоп. Где тряпки чёрт возьми?

— Мика! Мика! Что с моей квартирой?- волновалась Люба, а я попыталась перекрыть кран, но настойчивый стук в дверь продолжался. И стоило её распахнуть, увидела физиономию брата. Радости нет предела, мы так и не успели нормально поговорить, обсудить все проблемы.

— Что застыла, вшивотень? Ведро в руки и в поте лица собирай воду!

—  Как любезно! С добрым утром, для начала. Помоги справиться с краном, он кажется, сломался.

— Убогий шнобель, если хозяйка узнает про испорченный ремонт, то я заверну тебя в коврик и похороню на заднем дворе! — ругается на меня, при этом чуть не упал в коридоре.

— Так заплати ей! Можно подумать мы бедствующие, — вместо того, чтобы выяснить отношения, во всяком случае признаться в своей невиновности, дерзим. Ведь как рассказывал Матвей,  я отказалась от Германа, это и послужило началом ужасного рабства. Отталкивает в сторону и забегает в ванную, и тут же приказывает.

— Принеси гаечный ключ! Ублюдская гадина, живее. Не представляешь, какой соблазн утопить противного страшного хомяка, — наклонился и заглянул под ванну. А что делать мне? Я между прочим совершенно не соображаю во всех этих слесарских штучках. Как припадочная выбежала на балкон, отличное пробуждение, сон, как рукой сняло. Да где хоть один ящик с инструментами? Ни черта не вижу! Ах вот, кажется нашла, поднимаюсь на табуретку, чуть не поскользнулась, и не выпрыгнула из окна. Не хватало нелепых смертей, тем более четвёртый этаж. Дотащила безумно тяжёлый ящик, и встретилась с разгневанным взглядом Германа, который видимо измучился бороться с поломанным краном.

— Что принесла, морда недобитая? Вот в такие моменты так и хочется разбить челюсть об кафельную плитку. Отличный способ, отучить хомячище жрать хлопья. Небось затарилась пачками кукурузиков в супермаркете?

—  Повышай тон на своих проституток! Ясно? А то сейчас возьму и ящиком по голове, а потом просто наберу слесарю по телефону и он вмиг устранит этот недуг, потому что настоящий мужик, — подлила масла в огонь, и   тем самым вывела его из себя. Но сейчас не время разбираться, нужно перекрыть воду. Разумеется, не нашлось ни одного гаечного ключа, а только скопление гвоздей и старых шурупов. Брат потянулся за полотенцем и со скрежетом в зубах, затянул кран. Вода прекратила поступать, и теперь он решил разобраться с сестрой, на которую всё ещё обижается. Заметно по карим глазам, которые не просто полны гнева, они готовы разорвать в клочья. Порылся и нашёл отвёртку, а потом стал надвигаться на меня.

—  Ты совсем сбрендил?

— Обосралась мелюзга? Сейчас доставать мозги будем, а потом пожарим их на сковороде. Что скажешь? — рассмеялся похлеще маньяка, вот в такие моменты проще провалиться сквозь землю.

— Не приближайся!!!

— Обожаю, видеть страх в глазах убогой шмары! На колени и проси прощения, за то, что затопила квартиру! — перекинул через плечо,  занёс в спальню и повалил на кровать. А затем с диким восторгом  приближает отвёртку прямо к глазам.

— Герман, я заценила шутку! Мы же можем поболтать нормально?

— С тобой? Нет. У меня в голове сто идей убийств для хомячище! И первая на этой кровати. Хотя, сначала, можно надругаться, и отомстить за всё предательнице, — напомнил про то происшествие в лесу, какую подлянку на самом деле совершил Марат, но вот только к тому телефонному звонку, не имела никакого отношения. Приставляет отвёртку к шее, словно сейчас проткнет, а я никак не могу справиться с сердцебиением, ужасно соскучилось по мучителю с карими глазами. Языком проводит по  губам, соблазняя ещё больше, а нахальными пальцами проникает в шорты пижамы, и вот почти достиг клитора, как ему позвонили. Отстранился, и поспешил ответить.

-Да, Жаклин. Конечно, соскучился, но если не забыла красотка, у меня сегодня выходной. Обязательно завтра поедем в гоночный парк. И я тебя, — воркует  так ласково, что сердце обливается кровью. Уже  расхотелось находиться рядом с сестрой, конечно та девушка вечно вертится перед глазами.

— Герман, я хочу, чтобы ты знал, — кое-как набралась смелости вымолвить.

— Счастливо оставаться, тварина. Передай Мике, что её брат Герман умер навсегда! Спи с кем хочешь, можешь даже на панель пойти, он больше не всплакнет, потому что его сердце покоится в сырой земле, в компании с червями и прочей мерзостью, — отворил дверь, уже собрался выйти в коридор, но тут вымолвила:

—  Я не отвечала на тот звонок. Это жестокая подстава. Пойми, я люблю  тебя, настолько сильно, что перекрывает дыхание. Герман!

Бесполезно, даже не повернулся. Теперь между нами огромная пропасть, от которой увы, не избавиться.

***

Обслужила трёх посетителей, и тут  ожидал сюрприз. Наверное, специально решили поиграть на нервах.

— Герман, а давай пропустим по стаканчику с коктейлем? В горле пересохло! Только папе не рассказывай! — хохочет Жаклин, и затаскивает его в бар. Чёрт вот как после этого работать? Сейчас, когда знаю  правду, главное не давать волю эмоциям.

— Девушка, нам с моим принцем два мохито,-залезает к брату на спину, а я сжимаю в руках полотенце. Набираю в лёгкие побольше кислорода и делаю вид, что мне параллельно.

— Отличный выбор! И если добавить побольше рома, можно сразу охмелеть. Ты только на кладбище её не вози! И ни бей, а то глядишь наложит в трусы,-нарезаю лайм большими кусками, потом кладу мяту, плевать, что лёд забыла.

— Хомяк, а ты главное от злости не сгрызи барную стойку. И советую спрятать свой шнобель, а то распугаешь всех посетителей, — бросил колкую фразочку, причиняя тем самым боль.

— Тогда не стоит без конца целовать его и заставлять младшую сестрёнку сосать член. Конечно, привык унижать слабых и беззащитных, — придвинула бокалы, и в мыслях обматерила девицу, к которой обратился Герман.

— Жаклин, иди в машину. Я сейчас.

— Но мне же нельзя оставаться одной, — не отстает, смотрите насколько сильно приросла.

-Это быстро, только утоплю в раковине одну убогую рожу, — в наглую зашёл за стойку, а потом  цепляется в шею. — Ревнуй дальше, цени, что потеряла!

Покинул бар следом за мочалкой, ну и славно. Пусть хоть поженятся.

После тяжёлой трудовой смены, Люба пригласила в караоке. Она всё хотела послушать песни, которые я когда-то сочиняла. Но вот только вдохновение резко испарилось, особенно вспоминая воркование смазливых голубков.

— Значит говоришь, и грубым словом не обидел? — присела на стул напротив меня, не упуская возможности взглянуть в окно.

—  Ага, прям сама любезность. Как же ненавижу эту девку. Называет его принцем. Выворачивает наизнанку, никогда ещё не чувствовала себя настолько плохо.

— Так спой, и вся хандра вмиг улетучиться. Музыка правит миром,  заодно выплеснешь весь негатив,-подозвала официанта, который принёс папку с песнями, но тут появилось желание, поступить по — другому.

— А можно свою исполнить?

— Конечно, у нас публика отдаёт предпочтение таким артистам! — похвалил за идею, и стоило взять в руки микрофон, честно затрясло. Ведь все присутствующие устремили взор на дурнушку, которая должна поразить творчеством.

— Добрый вечер. Я хочу подарить песню, которая последняя ниточка, связывающая с моим любимым человеком. Мы расстались, и теперь между нами возросла стена. Наверное, такова судьба, — клянусь чуть не расплакалась, все мои мысли только о брате, и несмотря на все жизненные обстоятельства не перестану его любить никогда.

Заиграла музыка, интересно откуда знают мотив. Хотя чему удивляться ведь жизнь одна сплошная загадка. В ней столько сюрпризов, скелетов в шкафу, и видимо там наверху на небесах мы с Германом провинились, раз нам не разрешают быть вместе.

Холодной снежною зимой
Ищу тепла  лишь только с тобой,
Бросаю вызов всему свету
И со слезами на глазах, дарю вам песню эту.

Ушёл дорогой в никуда
Хотя твердил : Мы вместе малышка, навсегда.
Возьму кинжал и порежу запястье
В глазах присутствует одно несчастье.

Заболела карими глазами,
Этими совершенными губами
Ухмылкой дьявольской твоей,
Но поверь среди всех, она милей.

Мелодия стихла, люди застыли и только за самым дальним столиком раздался смех.

-Отвратительно, поёт! Правда Герман? — высказалась Жаклин, которая сидела на коленях у брата, и глумилась на чувствами. Конечно, проиграла, сама упустила счастье. Никогда в жизни не прощу, что пошла в тот лес. Он словно навсегда нас разлучил. Микрофон выпадает из рук, когда Герман ухмыляться, и целует её в носик, так всегда делал со мной в детстве. Куда же ещё больнее. Пусть забирает его навсегда, а я устала противостоять этому миру, плакать в подушку, и мечтать, что мы когда-нибудь  соединимся. Пора положить этому конец.

-Браво! Девушка, у вас талант. Ещё и авторское исполнение, — похлопали так называемые зрители, но радоваться совсем не было настроения. Стремительно выбегаю на улицу. Так поступала много раз, оставляя за собой шлейф нерешенных проблем.

-Мика, подожди! Что случилось? — окликнула Люба, а я села в такси, которое увидела на дороге. Назвала адрес набережной, прямо сейчас искупаюсь, нырну и больше не  всплыву на берег. Но таксист видимо, прослушал, и направился в совершенно другую сторону.

— Куда мы едем?

— Сиди молча!

— Остановите, я выйду! — повысила  голос, нервы совсем ни к черту. Колотит до невозможности, пора закупиться большим количеством успокоительного. Высадил на дороге, где была страшная темень, ни одного  фонаря, только не хватало попасть в конкретные неприятности. Впопыхах забыла мобильный телефон, когда же уже закончится эта чёрная полоса. От бессилия сажусь на асфальт и хвастаюсь за голову. И тут в небе раздаётся салют, и по очереди во всем квартале зажигаются фонари, и причём они разного цвета, то красные, то зелёные, то голубые. Встаю на ноги и хочу сделать пару шагов, как замираю вся проезжая дорога усыпаны лепестками красных, чайных и белых роз. Боже, насколько же всё это красиво. Снимаю босоножки, и чтобы не спугнуть эту сказку, прохожусь босиком. Такого невероятного ощущения, ещё не испытывала. А дальше в самом конце дороге вижу Германа с гитарой в руке, он касается струн и начинает петь.

Я так долго искал девочку с миндальными глазами,
Что замучился  рыдать холодными ночами
Мне так холодно в моём аду
Прости, но других принцесс, не найду.

А если снова убежишь запру,
Потому что не представляешь, насколько сильно люблю.

Он приближается и кладёт на асфальт гитару, а дальше достаёт два кальца и произносит.

— Мика, ты не права, монстры, тоже способны на чувства. Они умываются кровавым слезами в аду, сражаются с тараканами в голове. Но запомни главное, они дарят свое сердце лишь одной нимфе! — надевает перстень, честно сейчас заплачу, а потом произносит самые долгожданные слова. — Я люблю тебя! Как каждый лепесток этой розы. Я люблю тебя, словно серые тучи на небе. Я люблю тебя, как первый снег на ладони. И больше никому не одам. Поняла, хомячище? Только попробуй убежать. Урою!!!

Впивается в губы и дарит самый сладкий поцелуй, о котором можно было только помечтать. Спасибо за эту волшебную сказку…