Герман

Собрались запустить петарды прямо в музыкантов, но тут я остолбенел. Такого поющего ангела, не доводилось встречать. Голос пробивает насквозь, словно выворачивает душу наизнанку. Я всегда знал, что младшая сестра талантлива, но чтобы настолько не подозревал. Лёгкий воздушный образ в белом пышном платье превращал её в идеал женской красоты. На глазах выступают слезы, на миг вспоминал, как вместе с матерью растил заразу и радовался первым шагам. Мика превратилась из гадкого утенка в лебедя, который сейчас выступает на сцене. Жаль ни бабушка ни мама, не увидят, каких высот добилась дочь, наш любимый хомячок, горячо принимаемых зрителями. Мне показалось, что влюбился в неё с новой захватывающей силой, разрушающей всё на своём пути. Тихон удивляется моей реакции, конечно затянули с расправой.

— Мы жарище собираемся устраивать? Командуй!

— Отбой, не портите выступление хомячище. И если она заплачет, сам лично себя подожгу! До чего же красивой мерзавкой стала? Вот что делает с моим сердцем? Люблю тварину до припадков! — тяжело вздохнул, и одна сволочь случайно ударила по спинке стула. Стерпел, сегодня играем роль хорошего персонажа до конца. Не проходит и минуты снова стукнули ногой. Чёрт сами напрашиваются, поворачиваюсь и уже в деталях задушил гниду поганую, но наткнулся на мальчика лет шести.

— Руки и ноги повыдирать?

— Ты Гермач?

-Чего? Всё дохляк отвали, не посмотрю, что родители  здесь! — отвернулся и устремил взгляд на сцену, как же она блистала. Дали отбой всем головорезам, не позволю испортить важное событие сестры, так долго ко всему шла, миновала трудности. Но спокойствие быстро испарилось ведь мелкий гад, опять пнул коленом стул, на котором я сидел. Взрываюсь до предела, и сжимаю руки в кулаки. Оборачиваюсь, словно маньяк в фильме ужасов.

— Мелкое создание с кашей вместо мозгов, привязать вверх тормашками, а потом отмудохать? — срываюсь на беднягу, и это замечает рядом сидящая женщина.

— Садист, тюрьма по таким уголовникам плачет!

-Могу с собой забрать и череп молотком раздробить, а потом задушить и подвесить на люстре!

— Ужас! Хамло! Ещё угрожает!

— Да шутит он! Герман крутой пацан, я его фанат. Дашь автограф? И кстати, так просто уточнить хочу, сколько стоит меч и балахон, вот вырасту и возглавлю банду мясников. Меня зовут Гоша, — интересуется настырный парень, вот как на него злиться, всё равно бы не причинил вреда.

-Козявки вытри, рано ещё крутым становиться. Учись, как следует. Понял? — нагрубил бедолаге, и погрузился в пение сладкой сирены. Тащусь от тембра, знает как заводить публику, ей определено нужно блистать на сцене. Но идиллию прервал чмырдяй в первом ряду, жаль меч далеко, отрубил бы бошку и выкинул в окно.

— Сиськами тресани, как следует и попкой виляй, швабра недоделанная! Зря бабло потратил? Если надо сосать у меня будешь. Певичка! — закричал невменяемый козёл, и сдерживаться больше не было сил, но и портить мероприятие не хотелось. Первое шоу, потом не отмоется от грязи хомяк. Пора поступить гуманно, не привлекая много внимания, а кровопролитие всегда можем сделать.

— Усыпи мразь, пусть поживет. Но как только покинем помещение, я его собственные яйца заставлю сожрать, и уши вместе с носом.

— Наконец-то, братан, а то подумал умрём со скуки! Эх, без издевательств тяжеловато,-подоспел к сволочи Тихон, чтобы вырубить.

Это было грандиозно. После настолько красивой концертной программы, Мику одаряли цветами, восхищаясь талантом новой нимфы, звезды современного поколения. Мы выясним отношения, потом, а сегодня вечер любимой чертовски с миндальными глазами. Мог пробраться за кулисы, но предпочёл остаться зрителем и просто покинуть концертный зал, наведаюсь с цветами и расскажу, как сильно скучал. Дожидаюсь банду друзей около крыльца, запаздывают, совсем потеряли страх. Оставил всего на несколько месяцев уже разболтались. Докурил сигарету, всё не получается избавиться от пагубной привычки, в тюрьме научили, как слышу детский визг, прямо ухо режет.

— Щенок малолетний, указывать собрался? Я вас с матерью под поезд кину, если нажираться запретите!

Направляюсь к ублюдку, который пинает бедного мальчика. Кажется, признал Гошу, который доставал на концерте. Подлетаю к уроду, и кулаком ударяю в живот, ногой по яйцам, от чего распластался прямо на асфальте.

-Ты петух обдолбанный, если ещё раз пацана тронешь, рожу в мясорубку пущу! Он твой сын мондавошник.Его беречь нужно, а ты руки распускаешь? Бить детей низко, падаль! — отпинал как кусок жалкого дерьма, и когда на улице появилась испуганная женщина, поинтересовался.

— Почему с ним живёте? Одно дело бить женщин, сам косячил раньше. Поднимал руку на любимую девушку, но на детей никогда! — отчитывал мать, обнявшую избитого ребёнка.

-Угрожал, находил и все деньги отбирал! Хоть в полицию обращалась!

-Значит так! Этой сволочи больше не увидите, пока не перевоспитается! Вот, тут хватит на первое время, — всучил кредитную карту и сказал пинкод, она даже потеряла дар речи. А мы посадили чмошника в тюрьму, которая теперь принадлежала мне, впрочем такой уговор состоялся у нас с отцом. Правда пока не догадался, что всё было обычным побегом.

Мика

Выдался первый выходной, после такого напряжённого гастрольного графика, так бы и повалялась в постели. Уже известно, что брат освободился из заточения и вовсю встречается с Наташей. Смысл рваться, наверное, про меня забыл. Наплевал на чувства, знал бы, как плачу по ночам и только лишь сцена спасает. Вернуться к бывшей, самое последнее дело. Включаю кофеварку, и чуть не уронила чашку, когда около ворот дома, в котором проживала вместе с другом Пашей, остановился знакомый Ягуар. Явился снова превращать жизнь в ад, но ничего устроим разборки. Выбегаю в шёлковом халате на улицу, хорошо, что тапочки надела.

— Какие люди прямиком из Америки? Чего бросил ненаглядную свою? Смотри уведут красавицу! — налетаю с обвинениями, а он достаёт из машины целую охапку роз.

— Вот так хомячище соскучилась по брату? Деловой стервой стала? А как же поцелуй?

-Сосись с Наташей, а ко мне не подходи! Теперь мы чужие! — тычу пальцем в лицо, а он в наглую сажает на капот, и буквально наваливается сверху, эти карие глаза, которых не хватало несколько месяцев, снова сражают своей красотой.

— Дура, я тебя люблю. Не представляешь насколько! Хотел сорвать выступление от ревности, но не посмел, не хочу разрушать мечту своей девочки. Поехали в отель, дом позже купим, деньги есть. Хомяк, или прям тут изнасилую! — с диким вожделением наказывает губы долгожданным поцелуем, и кружит в омуте страсти. А руки пробираются под халатик, ему плевать возьмёт прямо на машине, мы оба бесбашеные в поступках.

— Смотрите, новый хахаль Бетти! — проезжает машина с папарацци и делает занимательные снимки. Не хватало стать героями жёлтой прессы.

— Давай зайдём, в дом! Хотя лучше уезжай! Понимаешь, всё так сложно надо выступить ещё на одном концерте. Андрей попросил, их семья очень хорошо ко мне относится! Умоляю, не взрывайся, каково было знать, что ты спишь с бывшей?

— Отупела со своими гастролями? Какая к чёрту Наташа? Я в тюрьме пахал на отца. Пока мозги запудрил, ушло два месяца. Даже на похороны матери с бабушкой не отпустил, гниды кусок! — плюётся желчью, сейчас случится очередной скандал в нашем участии.

— Герман, прошу, давай поговорим после концерта в субботу! А сейчас ради всего святого езжай, а то журналисты не отстанут! — не знаю, как уговорила слишком разгневанного братца.И затем пришлось слушать нравоучения продюсера, он беспокоился за мою музыкальную карьеру, и не собрался так быстро отпускать.

***

Впрочем следовало ожидать приступы ярости одного монстра.
Люди расступаются, ещё бы заводить разговор с психом, который чуть не прибил на сцене. Спасибо живой оставил. Паша вмешался, но Герман дал очень хороший удар в челюсть, он что в тюрьме прошёл новые курсы по жестокости и самообороне?

— Перестань! На кого стал похож?

— Это ты на себя посмотри, хомячище, радуйся, что только из-за клятвы рожу не разбил. Обалдеть выйти перед зрителями в лифаке и шортах. Да все мужчины нахрен трахнули глазами! Я не стану делить свою Мику ни с кем! А всё бабское тряпье сожгу, отныне в парандже станешь ходить! Сучка намалевалась!-бесится, сейчас руль вырвет с корнями, никогда не видела его таким злым и ревнивым.

— Это мой сценический наряд. И ты не станешь ничего запрещать. Потому что я работаю по контракту! — возражаю идиоту, которого люблю до безумия, но то что устроил в голове не укладывается. А тут ещё банда привязала и без того подбитого Пашу к дереву, и собралась отпилить ему бошку.

— Лучше признайся хомячище, у вас с этим голожопиком был секс? Или мы оставим от него большую кровяную лужу!

— Дурак, нет! Идиот влюблённый. Тихон отпустите его!-кричу одному из друзей, но братец вмешивается.

— Командовать только я могу, а ты подчиняться!

— А не пошёл бы далеко и надолго. Надоели вспышки гнева, бесит до безобразия, если и надо и голая выйду щеголять перед зрителями! — злюсь и ударяю кулаком об лобавуху.

— Произнеси ещё раз тварина! Голая?

— Да Герман, и они все подрочат на меня! — подливала масла в огонь, и тут в беседу вклинивается Тихон.

— Простите, что вмешиваюсь в семейные разборки, так сказать. С парнем что делать?

— Отвали! — ответили в одни голос, и он понял, что сейчас случится страшный пожар.

— Передавай своему продюсеру говноеду, что не сможешь принять участие в турне. Потому что на протяжении недели, будут трахать, а когда силы закончатся снова трахать. Сучка! — нацепляет наручники на руки.

— Герман, останови машину! Мне же достанется! С ума сошёл?

— Считай это похищение! — нажал педаль газа и выехал со двора, оставляя свою банду устраивать беспредел. Разрушает всё на своём пути и тянет в это болото меня. На обочине затормозил и за волосы потащил на заднее сидение. Хорошо, что окна были затемнены.

— Я хочу тебя! Больше никого. Любимая! — разрывает одежду, затем белье, и с дикими ласками набрасывается на грудь, оставляя жестокие укусы, пробуждая в крови нескончаемое желание.

— Не здесь! — брыкаюсь, а он поставил раком наклонил лицом к сиденью, и стал водить головкой члена, который порывался изнасиловать.

— Киска хочет кончить? Ты моя, Мика! Моя. Только моя девочка! И я готов любого прикончить, но не стану ни с кем делить, — жадно проникает в вагину и стремительно двигается, заставляя тело плавится от удовольствия.

-Господи! — застонала, как припадочная, но сдерживаться было невозможно. Он дробил с такой силой, словно хищник, уничтожающий свою добычу. Лавина оргазма обрушивается так стремительно, что я получаю запретный кайф.

— Теперь так будет каждый раз, ты вообще не слезешь с этого члена. Да, детка! Я жить не могу без миндальных глаз. Сучка, превратила меня в наркомана!

Меняем позу, он усаживается и приказывает своим грубым тоном:

-Попрыгай на нём!

— Герман, хватит!

-Почему не слушаешься, рабыня? — против воли пристроил на члене, и стал насиловать, при этом впиваясь рот и ласкать язык. Не в силах справится с молниеносным кайфом кончаю, а он не убирает свой напряжённый орган. Казалось совсем озверел, и сейчас раздробит всю промежность.

— Любовь моя! Да! — извергает сперму и мы чуть оба не потеряли сознание.

Практически сбежала от неугомонного засранца, что творили в отеле. Сорвал три выступления, но больше всего тревожило другое. Самочувствие резко ухудшилось, стоит пересмотреть питание. Андрей настоял, чтобы срочно обратилась к врачу, ещё бы тошнит уже седьмой день. Очевидно, большие проблемы с пищеварением. Доктор сделал нужные анализы, даже кровь сдала, для более точного диагноза и сейчас жду с нетерпением в кабинете.

— Микаэла, вам уже лучше?

— Да, приняла ещё утром таблетку. Это снова на нервной почве. Видимо, гастрит.

— Нет, вот как раз желудок в полном порядке,-испытает нервы.

— А что тогда? Прошу, не пугайте.

— Вы беременны! Примите мои поздравления!