ГЛАВА 44

Лиза

Она свалилась, как снег на голову. Никогда раньше не доводилось встречаться с матерью Бьянки. Лишь по рассказам Елены Анатольевны, знала какая она занятая натура. По случаю её визита, Раф отпустил студентов и принялся вести нелёгкие переговоры. Долго ожидала в кабинете, пыталась вслушаться в детали, но так и не получилось. И лишь спустя полчаса, когда дверь захлопнулась, решилась у него уточнить. Такого удручающего взгляда не доводилось лицезреть никогда.

— Зачем она приходила? Раф, пожалуйста, давай поговорим нормально? Ты опять что-то скрываешь? — обратилась к нему с такой лаской, но очевидно не сольет душу.

— Она хочет всеми силами вернуть Бьянку. Черт возьми, почему не прикончил эту дуру раньше? — ударил кулаком в стекло, пребывая в ужасном настроении.

— Следи, за речью. Давай всех замораживать, кто нелестно выражается в адрес преподавателя? Должна существовать какая-то мораль? — высказала свое мнение, и его терпение лопнуло. С неконтролируемой злостью прислонил к доске, да так, что случайно испачкала ветровку.

— Прищепкина, эта подколодная змея собирается отнять у меня ребёнка? Мою дочь. Думаешь так легко принять эту новость? Пусть я жестокий ублюдок, но полюбил её всем сердцем. А теперь эта мамаша Ольга собирается поставить на уши всех адвокатов и подложить хорошую свинью! Да её убить мало! Тварь, завтра же превратится в ледяную куклу! — заявляет без малейшего сожаления, как же мерзко слышать такие слова из его уст.

— Только попробуй и между нам всё будет кончено. Запомни, не примирюсь с твоими дьявольскими штучками! — высказала претензии, удивив нашего деспота. Даже соизволил улыбнуться, неужели избавился от плохого настроения.

— Оттаяла ворчливая принцесса? Почаще нужно трахать, и будешь шёлковой малышкой! — облизывает мои губы, которые так желают его поцелуев. Но сначала нам нужно обсудить другие вопросы.

— Мечтать не вредно, Рафаэль Эдуардович! Снимите шлюх! А я уматываю! — сморщила лицо, добиваясь его ласки.

— Вот скажи фантик, чего гонор показываешь? Ведь знаешь, что люблю до сумасшествия. Зачем тогда венчался? Мужчины идут на этот шаг, лишь осознанно! Когда стал встречаться с тобой, позабыл всех женщин, а мне кстати пять раз предлагали секс на стороне, за хорошие оценки,- берет меня на руки и прижимает к своей груди. Слушаю ритм любимого сердца и кажется пребываю на седьмом небе от счастья. Лучшего мужчины просто не найти.

— Бабник! Но я так тебя люблю, почему нас бросил? — пытаюсь найти ответ в каре-зелёных глазах, сдерживая слезы. Мы слишком долго боролись за нашу семью, чтобы так просто её потерять.

— После смерти моего отца украли одну важную ценную бумагу! В ней сказано, что я вечный раб системы! Узнал об этом совсем недавно. Пойми всё делал во благо Луиса! Бьянка им даром не нужна, потому что не родная кровь! В первые дни наши разговоры прослушивали, особенно в тот вечер, когда объявил тебе о разводе, — приоткрыл занавес правды, от которой шокировано раскрыла рот.

— Господи! Они заставят тебя снова заниматься кровопролитием? Черти!

— Лиза, посмотри сюда. Я найду этот документ! Мы обязательно во всём разберёмся. Просто на время нужно сыграть роль злых супругов. Не собираюсь ставить семью под удар! А также отказываться от секса с самой ослепительной студенткой. Поехали в отель и закончим наши игры с ремнем! — уже хотел поцеловать, но остановила. Рискну объявить новость сейчас, ведь неспроста заявилась в универ. Та бумага о разводе была не настоящая. Тимур подбросил идею, так пошутить над Рафаэлем. Да уж, точно семейка комедиантов собралась, нам бы всем дружно сняться в фильме.

— Придержи фаллос! Обойдёшься!

— Снова капаешь на нервы! Лиза, я хочу тебя. Или одну стервозную девчонку прёт, когда её берут против воли? — медленно расстегнул ветровку и уже добрался до моей футболки.

— Боюсь, лучше повременить с близостью. Я беременна. И только попробуй отправить на аборт. Возьму указку и стукну прямо по голове! — пригрозила важному павлину, а дальше чуть не заплакала от счастья. Ведь он закричал на всю аудиторию, такого Рафа никогда не доводилось лицезреть.

— Ура! Моя роза подарить мне доченьку! Ты знаешь, как я люблю тебя Прищепкина? Мы ведь назовём её Луция? Вырастут и будут дружить с Луисом! Детка, — касается моих губ и дарит умопомрачительный поцелуй, от которого по телу разливается приятное тепло. Вот бы такие минуты не заканчивались никогда.

Рафаэль

Врачи диагностировали Елизавете очень сложную беременность, может из-за стресса, который довелось испытать. И посовещавшись с Тимуром положили её на сохранение в больницу. Часу от часу не легче, вечные ссоры с братом, который не соглашался с моей позицией.

— Бред сивой кобылы. Женщина не осмелилась бы ввязываться в это дело. Так лихо провернуть операцию! Вопрос, зачем ей понадобилось уничтожать пачками этих невинных девушек? В чем заключается месть? — стал нервно расхаживать по гостиной брат, в то время как вошла София.

— Сморите, что нашла в архиве. Вы должны на это взглянуть! — прервала наш разговор и положила на стол различные снимки жертв, которые пострадали за все годы.

— Убери эту мерзость, — выругался Диего, делая жене замечание.

— Не перебивайте. Оказывается все пленницы были студентками одного и того же университета в Москве! — едва произнесла, я вставил слово.

— Чушь собачья! Они учились в разные местах, — на выдержал и стал с ней пререкаться.

—  Раф, пусть она договорит!

—  Лучше изображу на листке. Смотри, ты приглядывал жертв в Тюмени. Потом из-за свирепого преподавателя они уезжали в Москву. Во-первых, чтобы построить карьеру, ну и конечно сбежать от деспота. Так же поступали другие дьяволы. Выяснилось, что они все были преподавателями, — распиналась София.

— Как такое возможно? Ведь отец всегда был против моей профессии! — схватился за волосы от бессилия.

— Наверное, никто его не уведомил. Он ведь всех крышевал и отчитывался перед главным мерзавцем.

— Любимая, к чему ты клонишь? Объясни пожалуйста, у нас уже мозги кипят, — дал о себе знать Диего, в голове не укладывается вся информация.

—  Главный преступник либо ректор, либо одна из учительниц. Но если Раф многократно говорил, что эта особь женского пола, думаю ответ очевиден! — раскрыла все карты, да удивила тут ничего не скажешь.

— Как удалось надыбать всю информацию? Даже сыщики нервно курят в сторонке! — похвалил я сноху, ощущая прилив бодрости.

— И теперь нам остаётся допросить тридцать очкастых дур, которые будут отнекиваться. Может воспользоваться шантажом? — предложил свою версию брат, и тут как не вовремя позвонили в дверь. Надо предупредить охрану, чтобы в следующей раз не пускала всякий хлам в дом. Задаюсь вопросом, как она осмелилась заявиться спустя столько времени. Да и к тому же качает права. Хорошо, что Диего и София собирались на важную встречу и не застали нашего душещипательного разговора.


— Вам пришла повестка в суд? Я намерена разбираться и посадить за решётку грязного преступника, который украл ребёнка, чтобы продать его на органы! — сказала высокомерным тоном, и главное Бьянка всё это услышала.

— Папа Раф, неужели я тебе надоела? — заревела навзрыд, вот гадины кусок объявилась мамаша.

— Дочка! Вернись, она наглая обманщица! — надеялся повлиять на малышку, но к сожалению не удалось. Оставшись наедине с расчетливой стервой в меня вселился демон. Вцепился рукой в шею и стал душить.

— У московской шалавы бабки закончились? Захотелось подзаработать? Зубы мелковаты, я сын Алехандро просветить какими чёрными делами мы занимались? Уноси свой целлюлитный зад, или завтра же твой труп выловят в реке. Нельзя бросать детей ради мужиков! Бесчувственная тварь, Бьянка мне как родная и ты её не получишь, — выгнал за дверь, обещая жестокую расправу.

***

Не стал расстраивать Лизу о том, что вызвали в суд. Даже интересно поквитаться с общипанной курицей, которая осмелилась бросить вызов шишке города.

— Раф, а может прикончить шлюху? Не хочешь марать руки, шепни остальным, они позабавятся от души.

— Нельзя. Лизе обещал, что мы мирно урегулируем конфликт, — ответил Диего, дожидаясь судью, эта сволочь привела с собой адвоката, но больше всего расстраивала, что Бьянка ей поверила. Жаль, ведь от этой дерьмовой мамаши можно ожидать лишь подлость. Судья занял свое место и стал зачитывать порядки. Жутко нервничал, главное не травмировать ребёнка.

— Слово представляется Ольги Красновой. Прошу.

Выходит к трибуне и начинает сочинять гнилую историю.

— Воронов Рафаэль Эдуардович обманом заманил мою дочь и кормил всё это время конфетами! Ваша честь, она больна диабетом! Разве такое чудовище можно подпускать к детям?

— Ложь! Я построил фабрику, где при изготовлении сладостей, не использовали ни одной щепотки сахара! А вот ты стерва бросила своё чадо, и не занялась похоронами собственной матери! — не выдержал и выкрикнул с места.

— Сядьте! Не прерывайте судебный процесс, — сделал замечание пожилой мужчина, и устремил взгляд на обманщицу. — Ваши слова может подтвердить одиннадцатилетняя девочка?

— Конечно. Бьянка, подойти сюда, и расскажи, как всё случилось на самом деле.

Ребёнок опустил глаза в пол, словно его сейчас будут ругать. Куда подевалась та задорная чудачка, которая не перестала улыбаться.

— Малышка, это правда, что тебя заставляли есть конфеты с огромным количеством сахара?

Промолчала, и на мгновение уставилась в мои глаза. Словно боялась обидеть, а затем произнесла.

— Да, и причём каждый день. А если отказывалась их есть, бил ремнем по лицу, — выдумала ложь, которая как острый нож пронзила моё сердце. Куда же больнее.

Не дождавшись окончания заседания, выскочил в коридор, где от злости сломал стул, около стены. Взволнованный брат поспешил успокоить, хотя итак понятно, что мы проиграли процесс.

— Раф, её заставили! Не психуй. Говорю же надо кончать стерву. А сейчас вернись в зал, наши адвокаты уделяют тварь в сухую!

— Ты слышал? Да, я бы никогда не поднял руку на ребёнка, — едва не заплакал, самые ужасные обвинения для отца. Уже хотел свернуть шею матери Бьянке, но тут пришла смска с незнакомого номера. Читаю её и едва не столбенею.

Документ у меня! И лишь он сможет даровать свободу. Встретимся через час, жалкая тварь. Да, всё правильно понял, я женщина, которая все эти годы руководила двенадцатью дьяволами. А когда сдох Алехандро, устроила праздник! Опоздаешь, твоей Елизавете в капельницу добавят яд. Прощай!